17:00 

WTF Lupin III 2015: тексты G — PG-13, часть 2

WTF Lupin III 2015




Ссылка на скачивание всех текстов

Название: В спальной царила тишина
Автор: WTF Lupin III 2015
Бета: WTF Lupin III 2015
Размер: драббл, 439 слов
Пейринг/Персонажи: Джиген Дайске/Рэдди
Категория: гет
Жанр: романтика, ангст, повседневность
Рейтинг: G
Размещение: только после деанона
Для голосования: #. WTF Lupin III 2015 - работа "В спальной царила тишина"

В спальной царит тишина, прерываемая мерным дыханием двух людей, да еле слышным тиканьем часов, примостившихся на прикроватной тумбочке. Джиген открывает глаза и несколько мгновений смотрит в потолок, пытаясь проснуться. Темнота уходящей ночи постепенно разбавляется светом восходящего солнца. Сколько времени? К шести он должен вернуться к своим временным обязанностям, которые каждый раз могут оказаться для кого-то последней работой. Он поворачивает голову налево – часы показывают 4:54. Заслуженная на несколько дней передышка закончились, надо вставать. И идти отрабатывать заключенный договор. Кому-то всадить пулю, от кого-то получить ответную. Все как обычно.

Он приподнимается на локте и встряхивает головой, прогоняя желание упасть на подушку, прижаться к лежащей рядом Рэдди и забыться еще на несколько часов. Их встречи за последние полгода можно пересчитать по пальцам одной руки. Ночь, подобная этой, с большим трудом выпрошенная у рабочих будней, крепко вцепившихся в его горло навязчивой обязанностью стрелять без промаха, была особенно ценна.

Рэдди что-то забормотала во сне, и Джиген обернулся. Изящные брови слегка нахмурены, ресницы легко вздрагивают – что же ей снится? Что-то беспокоит сон его женщины, заставляя переживать даже сейчас, когда глаза закрыты, а душа отдыхает. Прикоснувшись пальцами к плечу и проведя по бархатной загорелой коже линию до сползшего одеяла, он взял его за уголок и укрыл любимую. Сегодня утром прохладно. Ровно как и вчера.

Прижимается губами к щеке темноволосой красавицы и покидает теплую постель. Он надеется уйти тихо, чтобы не разбудить Рэдди, однако из кармана брюк выпадает зажигалка и звонко ударяется о паркет. Беззвучно выругавшись, Джиген нагибается и поднимает блестящую вещицу. Позади него слышится шорох сдвигающегося одеяла.

– Уже уходишь? – Рэдди сонно моргает.

– Да.

Пауза. Она молча смотрит на его спину, на которой четко выделяются светлые шрамы. Сколько их? Она никогда не бралась считать – каждый шрам, словно напоминание о чудом отступившей смерти. Каждый раз, проводя ладонями по его спине, она пальцами ощущает небольшие рубцы и швы. В груди поднимается боль и хочется прижать его сильнее и не отпускать. Никогда.

Еще мгновение – и все отметины закрывает рубашка.

– Ты вернешься? – Скорее просьба, чем вопрос. Просьба вернуться живым. – Я буду ждать.

Джиген кивает головой. Раз она будет ждать, то он должен вернуться.

– Купишь пирожных на обратном пути? – Рэдди улыбается и наклоняет голову, становясь похожей на маленькую девочку. – Сладкого хочется.

– Куплю, - улыбается в ответ он и наклоняется к сидящей на кровати Рэдди.

Она крепко обхватывает руками его за шею, и на мгновение они застывают в объятиях. Легкое соприкосновение губ и тонкие женские руки нехотя выпускают мужчину и опускаются на прохладную постель.

– Я буду ждать, - повторяет она.

Щелкает замок входной двери, и Рэдди опускает голову на подушку. Темные брови снова сведены к переносице – опять будут сниться сны про новые шрамы. Опять просыпаться от кошмара среди ночи и хвататься за холодную подушку рядом.



Название: Два пятьдесят по Нью-Йорку
Автор: WTF Lupin III 2015
Бета: WTF Lupin III 2015
Размер: мини, 1434 слов
Пейринг/Персонажи: Джиген/Рэдди, Люпен
Категория: джен, гет,
Жанр: юмор, повседневность
Рейтинг: G
Краткое содержание: "Они опять пропили пиджаки. Нет, не опять, а снова!"
Для голосования: #. WTF Lupin III 2015 - работа "Два пятьдесят по Нью-Йорку"

В небольшой замочной скважине вдруг громко, неряшливо заскрипел ключ. Дверь поддалась не сразу, после пятого поворота ключом. Она с грохотом открылась, и в прихожую ввалились двое молодых мужчин, порядочно поддатые, поддерживающих друг друга за широкие плечи. Вся прихожая вдруг резко и неотвратимо пропахла добрым, крепким перегаром . Оживленно возмущающиеся о чем-то сугубо мужском и воровском, они чуть не бухнулись на пол, упустив из внимания порог. Нелепые, скрюченные, помятые и потрёпанные, не стоящие на своих ногах, разгоряченные, веселящиеся. И, удивительное дело, оба без пиджаков!

Грязные, пыльные ботинки с давно уже развязанными шнурами неуклюже топтали ворсистый черный ковер. Один из них осторожно и очень сосредоточенно потирал ушибленный правый глаз, зажав в зубах пышную, темно-красную розу. Второй с той же осторожностью причесывал рукой свою взъерошенную черную бородку.

Большая рука бородатого мужчины судорожно шарила в абсолютной темноте, никак не находя верхнюю полку шкафа, где по обыкновению лежали все остальные головные уборы. После нескольких минут беспрерывной грубой ругани заветная полочка была, наконец, нашарена. И помятая черная шляпа опустилась на свое законное место. Галстуки обоих гуляк значительно ослаблены и уже достаточно свободно болтались на тощих шеях: один из них, желтый, был изрядно уделан красным полусладким вином одна тысяча девятьсот восемьдесят девятого года выпуска, а другой красовался большим черным бантом на фоне белой рубашки. Бородатый мужчина часто моргал, не прекращая бой с подбирающимся все ближе сном. А другой, высокий, наоборот бы не отказался сейчас от крепкого, бодрящего сна.

Жалко было наблюдать, что сталось с великим и воистину неумолимым авантюристом и вором всех времен и народов, а также с его бессменным компаньоном, стрелком первого класса и зорким снайпером, после каких-то незначительных и, казалось бы, безобидных двух бутылок воистину отменного портвейна, с которых нетрезвое веселье только начиналось. Тяжело было узнать в эти двух раздухоренных молодых мужчинах гениев, талантов воровской индустрии.

От шума, особенно ярко выраженного, разбегаются грызуны и прочая пугливая мелочь, но только не люди. Ими влечет беспокойное любопытство узнать источник шума, даже если эта излишняя пытливость может добром не кончиться. Обычно воровской дуэт Люпена Третьего и Джигена Дайске отличался от многих других преступных не только непропиваемым мастерством и сноровкой, но и абсолютной аккуратностью, осмотрительностью и осторожностью. Все это вышеперечисленное мгновенно пропадало, стоило искусным похитителям обстоятельно залить за воротник.

Высокая дверь спальни медленно отворилась, и в узком дверном проеме нарисовалась молодая хозяйка этой квартиры. Босая, в блестящей шелковой сорочке, с растрепанными волосами, которые черными пружинками торчали во все стороны, придавая ее голове вид июльского одуванчика. Она держалась одной рукой за дверной косяк, а другую подложила под грудь. Рэдди, встревоженная непонятным грохотом, прищурила свои сонные, ненакрашенные глаза и нахмурила брови, пытаясь выследить хоть какую-нибудь закономерность между шорохами, исходящими из прихожей, и чьей-то основательной возней в темноте.

Чтобы лучше разобраться в происходящем, девушка решила подобраться ближе к источнику звука. Осторожно, опасливо переставляя босые ступни по теплым паркетными доскам, она вышла в коридор и остановилась в нескольких шагах от прихожей, не смея ближе подступать к объекту шума и телодвижений.
Почувствовав на себе чуткий, выслеживающий посторонний взгляд, они оба синхронно вздрогнули, настороженно притихли, притаились и замерли на месте. Ни один более не посмел «не туда» наступить или, того страшнее, невзначай икнуть или зевнуть. Люпен от испуга и чувства неизвестности додумался вынуть изо рта многострадальную и стремительно увядающую без влаги розу. Два нарушители ночной неги оказались в западне, не оставалось ничего другого, как взглянуть в глаза тому грозному и устрашающему, что поджидало их вот уж как полторы минуты, остановившись за пять шагов от их носов.

Эти глаза были рассержены. Рэдди раздраженно вздохнула, встречая их сонным, но от этого не менее яростными взглядом.

– Это еще что такое?!- вспылила Рэдди, с глубоким, вопящим ужасом взглянув на эти ослабленные галстуки, развязанные шнурки, подрумяненные лица и усталые, чуть приоткрытые, безумные, осоловелые глаза.

Так-так. Галстуки... Ботинки. Рубашки... Брюки. Шляпа... Рэдди напряженно выискивала глазами узкий одежной шкаф, купленный ею всего полгода тому назад на мебельной распродаже на Хестер Стрит. Так, шляпа на месте. Подождите, тут что-то не то...

– Пиджаки? Пиджаки, что ли, там оставили?!- возмущенно ахнула девушка, все еще не желая верить своим глазам.

Они опять пропили пиджаки. Нет, не опять, а снова! Боже, ну сколько же можно! Сил моих на вас больше нет! Словно бы каждая пятница в черно-бело-красном календаре теперь официально считается последней и просто невообразимой без такого скромного, совершено безобидного для себя и окружающих принятия доброго хмельного. Пятница. Сколько мужской солидарности. Как будто бы каждая афера пришлась им не меньше чем на полтора лимона зеленых, как будто бы каждый автомат выдавал джекпот за джекпотом, как будто бы в казино они выигрывали не какие-то там злополучные пять центов, а целые пачки и чемоданчики, с крышки до крышки туго набитые американскими ассигнациями.

Товарищи по бутылке озадаченно переглянулись, понятия не имея, что и отвечать в таком в случае.

Тем временем в мыслях обоих гудел беспорядок и неразбериха. Нью-йоркская высотка. Этажей под 30. Прожекторы. Пистолетный выстрел. Разбитое окно. Полиция. Нет, подождите, полиция не дальше?... Полиция. Сирены. Еще выстрелы. "Люпен, я тебя арестую!". Заветный сейф. Кольцо Кемминга. Оно самое. Два взмаха мечом. Опять сирены. Потом... Потом. Опять полиция. Центральная магистраль. Выстрелы. Наконец... Бар. "Черная вишенка"... Или... Все-таки красная?... Портвейн. Девочки. Девочки... Высокий довольно улыбнулся. Дееевочки. Потом, потом... Драка? Да, точно драка. Драка... Фонарь, асфальт. Синяк под глазом.

Эта круто замешенная событийная каша оставалась бы и снова перемешивалась в головах аферистов вплоть до одиннадцати часов уже этого утра. Мысли пусть и собирались в ком, но далеко не в логический.

Пиджаков так и не обнаружилось, Люпен широко, артистично развел руками и по-дурацки улыбнулся. А Джиген, стоящий подле него, только сокрушенно пожал широкими плечами, состроив жалобную физиономию.

– От-да-ва-а-ай. Тебеее же лу-у-у-учше будет, - надрывисто протянул в ухо Люпен, толкая в бок своего собутыльника и запихивая ему в слегка сжатую ладонь несчастный красный цветок, который еще пару часов назад беззаботно благоухал в небольшой треугольной клумбочке Баттери-парка около уже выключенного фонтана с таким милым маленьким пухленьким бронзовым ангелочком, державшим в упитанных ручках лук и стрелы. Он наконец-то о ней вспомнил, причем очень вовремя. Джиген внял совету друга и нехотя взял несчастное растение. Ради такого взрослого, ответственного шага, присущего только настоящему мужчине, он даже подтянул расхлестанный небрежный галстук и застегнул верхнюю пуговицу помятой белой рубашки. Его хмельное лицо невольно повеселело и расплылось в косой, в какой-то мере беззащитной, виноватой улыбке. Подняв свой мутный взгляд на хозяйку, он торжественно начал:

– Рэ-э-э-эдди, я тут подумал и решил... черт, мне еще на самолет билеты брать... мы уже давно знакомы... а денег вот нет нихрена... несмотря на все трудности... как башка трещит... я поехал в Нью-Йорк... выходи за меня!

После этих пятиминутных чистосердечных, душещипательных признаний, новоиспеченный женишок как истинный рыцарь ордена круглого стола с грохотом бухнулся на одно колено, подложив левую руку за спину.

– Джиге-е-ен...- робко, с обидой проронил Арсен Люпен, уже было обернувшийся к приоткрытой железной двери. Прежде такой оживленный и резво выдающий одну колкость за другой, он сначала удивленно округлил глаза, а потом ощутимо приуныл и поник, как осенний лист. На глаза никогда не унывающего оптимиста и авантюриста очень некстати навернулись неподдельные, суровые, мужицкие слезы. В эту позднюю осеннюю ночь признаний он почувствовал себя жестко преданным и навеки оставленным, шкурой ощущал, что безвозвратно теряет друга. Нет, какого там друга... Соратника, приспешника, партнера, напарника, товарища по оружию, наконец, своего воровского единоплеменника. И не просто теряет, а прямо-таки отдает на безжалостное растерзание этой психопатке, которая вот уже второй месяц бегает (бегает и не спотыкается, чтоб ее) за стрелком.

В скорбном порыве дружеских чувств Люпен обхватил приятеля одной рукой, и, осознав, что не в его силах менять реальный порядок вещей, отпустил ее, уверенным, осмысленным шагом направляясь к выходу.

Что-то чисто женское, интуитивное и очень искреннее взыграло в поныне бушующей злостью Рэдди.

– Люпен, оставайся. Ночь на дворе. Третий час. Ну куда ты пойдешь?... Останься, Люпен. Я тебе на диване в гостиной постелю.

Парень резко, как по команде обернулся. На диване в гостиной значит... Хм, недурно, недурно. Идти честному преступнику и правда было некуда. Фуджико осталась там, в солнечном, знойном и вечно летнем Мехико на пару с блестящим колечком из диковинного, полупрозрачного с золотистыми вкраплениями металла. А мечник-самурай... Что с него взять, ходит вечно один, отбивается от коллектива!

Сообразив что-то вразумительное, Люпен мигом смахнул с лица все признаки былого уныния и состроил важную, сосредоточенную, официальную физиономию (конечно, насколько ему того позволял перегар изо рта), для большей серьезности он даже задрал вверх свой слегка поалевший нос.

– Благословляю вас, друзья мои. Живите счастливо, совет вам да любовь!

Священник-самоучка, довольный свершенным тайным священным ритуалом благословления резво засеменил в черноту коридора, звучно шаркая каблуками своих фирменных ботинок по паркету, позволив уединиться будущей ячейке общества.

Два пятьдесят по Нью-Йорку. Ни огня по Шестому Авеню. Неторопливая, бледно-матовая, немного блеклая немыслимо большая сегодня Луна плыла по угольно-синему небу, скрываясь от настигающих бледно-дымчатых облаков.

Джиген побежденно припал к полу, слабо ухватившись за подол ночнушки горделиво возвышающейся над ним Рэдди.



Название: Fallout Lupin the Third
Автор: WTF Lupin III 2015
Бета: WTF Lupin III 2015
Размер: миди, 4752 слова
Пейринг/Персонажи: все основные
Категория: джен
Жанр: приключения
Рейтинг: PG
Примечания: кроссовер с игрой Fallout New Vegas, действие происходит после событий игры.
Для голосования: #. WTF Lupin III 2015 - работа "Fallout Lupin the Third"

– Послушайте, мы так не договаривались! – сказала Фуджико.

– Цезарю нет нужды соблюдать договоренности с плутократкой, особенно – когда она не соблюдает свои, – ответил ей когда-то фрументарий Вульпес Инкульта, а теперь – новый Цезарь.

Он вместе с жалкими остатками некогда великого Легиона Цезаря расположился в Коттонвуд-Коув, рассчитывая, что никому в голову не придет искать их на старом месте. Новый Цезарь надеялся, что никому вообще не придет в голову их искать.

Пока что побежденному, но не сломленному Легиону нужен был покой и время для того, чтобы зализать раны и восстать вновь.

Не помешало бы также и заиметь кое-какие сведения о НКР. Такие, которые потом можно было бы использовать против нее, разумеется.

Известная шпионка и воровка Фуджико Мине, действительно заслуживающая того, чтобы зваться плутократкой, за деньги готовая пойти почти на все, как нельзя лучше подходила для этого задания.

– И совсем не нужно меня так называть! Я же сказала – бумаги, которые вам нужны, у Люпена, а чтобы я принесла их тебе, мне нужно с ним встретиться. А для этого вы должны отпустить меня!

– Ты должна была достать и принести бумаги сюда, сама, – сказал новый Цезарь, – Ты же вместо этого зачем-то втянула в дело посторонних людей и отдала бумаги им.

Фуджико вздохнула.

Ей с самого начала не очень понравился этот человек. Ничего хорошего от него ждать не приходилось. Сразу было понятно, что он попытается соскочить и ничего не заплатить.

Но она была уверена, что еще не родился тот, кто сумел бы провести Фуджико, да и к тому же, на что только ни пойдешь ради того, чтобы заполучить пропавшие сокровища Легиона.

– Считай, что они просто наемники, – соврала Фуджико, – Они не знают, что это за бумаги и для кого они.

– Не знают? – хмыкнул Цезарь, – Забираются в кабинет президента и не знают?

– Именно так, – сказала Фуджико.

– Допустим. И ты говоришь, что тебе нужно просто пойти, встретиться с ним, забрать у него бумаги и принести их мне.

– И получить свою оплату – половину сейчас, половину, когда бумаги будут у тебя, как и договаривались.

– А что мешает мне самому сходить и забрать бумаги у этого твоего Люпена?

– За исключением того факта, что ты не знаешь его и не знаешь, куда идти?

– Да, за исключением этого. Это слишком легко исправить.

– Давай посмотрим, – сказала Фуджико, уже зная, чем весь этот разговор закончится, – Для начала – его усиленно разыскивает армия НКР, да и насколько я знаю, тебя тоже. Я слышала, что они даже привлекли для этого дела какого-то местного героя войны. То ли Караванщика, то ли Торговца…

– Должно быть, Курьера, – поправил ее Цезарь, внутренне содрогнувшись – Курьера он предпочел бы больше никогда в жизни не видеть.

– Тебе лучше знать, кто тебя ищет.

– Ну допустим. А еще что?

– Люпен не отдаст тебе ничего просто так.

– А в обмен на тебя? – поинтересовался Цезарь, делая знак своей личной охране.

– Каждый раз одно и то же, – проворчала Фуджико, когда на ее шее защелкнулся ошейник с цепью, – Хоть бы кто-нибудь, хоть бы что-нибудь новое… эй, самозваный Цезарь, слышишь? Люпен спасет меня, и бумаг тебе не видать!

– Посмотрим, – сказал Цезарь, – Уведите ее. Присматривайте за ней как следует. Сейчас это самая важная плутократка для нас.

***

В бывшем исправительном учреждении НКР, ставшим после бунта заключенных местом обитания банды подрывников, в открытой камере на нарах сидели двое.

– Люпен, напомни мне, зачем мы добровольно пришли в эту тюрьму?

– Затем, Джиген, что последнее место, где будут искать вора – это тюрьма!

– Тогда сдается мне, что мы немного ошиблись заведением. По-моему, немного неправильно называть тюрьмой место, которое контролирует банда чокнутых подрывников!

– Ну, кто же мог знать? Фуджико сказала…

– Вот в этом-то и есть вся проблема.

– Джиген, перестань. Она наверняка и сама не знала ничего.

– Твоя наивность иногда…

– Нет, Джиген, ты подумай – ей нет смысла подставлять нас прямо сейчас. Я не говорю, что она не сделает этого потом. Но те бумаги все еще у нас, так что…

– А, что говорить, – отмахнулся Джиген, – Все равно мы уже здесь.

– Эй, ты, с бородой! – сказал, заглядывая к ним в камеру, подрывник, – тебя вызывает Эдди, он слышал, что ты неплохо стреляешь, и хочет кой-чего проверить!

– Неплохо стреляю, – хмыкнул Джиген, поднимаясь с нар, – Ну можно и так сказать.

– Эй, Джиген, – сказал Люпен ему вслед, – нам нужно где-то спокойно пересидеть несколько дней, пока Фуджико не пошлет сигнал. А еще мы вроде как окружены этими взрывоопасными ребятами, поэтому нам не нужно, чтобы они разозлились прямо сейчас.

Джиген остановился и посмотрел на него.

– Что? – сказал Люпен, – я просто напоминаю.

– Напомни мне еще, чтобы я никогда больше не связывался с тобой, когда это все закончится, ладно? – сказал Джиген, развернулся и вышел из камеры.

Люпен помахал ему вслед, поудобнее устроился на нарах и прикрыл глаза.

***

– Прости, майор, я тебя правильно понял? – спросил Курьер, – В смысле, вор? Кто-то в наше время еще занимается воровством?

– Вообще-то, вероятно, даже многие, иначе тут бы вот это не висело, – сказала Вероника, показывая на висящий на стене оставшийся еще с войны плакат с фрументарием Легиона Вульпесом Инкультой, который предупреждал о том, что воровать у НКР недопустимо, потому что непатриотично, – В том числе и ты, босс, – добавила она потише.

– Да ну, – отмахнулся Курьер и от Вероники, и от плаката, – На меня наговаривают.

– Ну, возможно, и наговаривают, – согласилась Вероника, – Но факты, которым я неоднократно была свидетелем…

– Вероника, – вздохнул Курьер, – Что вот ты вечно лезешь с какими-то нелепыми фактами. Не знаешь разве, что легендарных героев они не касаются? Давай лучше послушаем майора. Он нам пытается что-то странное сказать. Возможно, что под вором он подразумевает что-то другое? Возможно, это какое-то зашифрованное иносказание?

Эд-Э восхищенно пискнул и пихнул Курьера в бок.

– Да, – скромно сказал Курьер, – Я знаю такие вот длинные слова.

– Не морочьте мне голову, – прервал их майор Датри, – Мне и без вас есть кому ее морочить. Никакое это не иносказание. Когда я говорю, что нужно поймать вора, это значит, что нужно поймать вора.

– И почему какой-то отдельно взятый вор тебя так беспокоит? – спросил Курьер, – В смысле, я хочу сказать, сотни бегающих по Пустошам рейдеров тебя не беспокоят, а ведь нельзя сказать, что они не воруют.

– Ну, я бы скорее назвала это мародерством, – снова встряла в разговор Вероника, – И сказала бы, что воровство – это меньшее из тех зол, что они творят. Но, в принципе, вопрос правильный.

– Меня не беспокоит отдельно взятый вор, – сказал майор Датри, – Зато президента Кимболла он очень беспокоит. До такой степени беспокоит, что он послал к нам сюда какого-то хрена, чтобы тот его поймал.

– Ого, – сказал Курьер, – Аж целый президент. И что же такое украл этот вор? Правительственные секреты?

– Не важно, что. Важно его поймать.

– Ну не знаю, – сказал Курьер, – Вот представь – поймаю я его, пошарю, конечно, по карманам, ну и…

– Заберу, конечно, все мало-мальски ценное себе… – сказала Вероника как бы в никуда. Курьер толкнул ее локтем и продолжал:

– Я же должен как-то опознать ту ценность, которую он украл. Ну, чтобы вернуть ее президенту.

– Перепродать втридорога, – тихо поправила Вероника.

– Вероника, я, честное слово, отправлю тебя домой, – в очередной раз пригрозил Курьер.

– Да ну, – сказала Вероника, – И с кем же ты тогда будешь гулять по пустошам? Опять позовешь своего любимого гуля?

– Да, именно его, – сказал Курьер, – И не трогай его, потому что в отличие от тебя…

– Заткнитесь оба, сделайте милость! – попросил майор, – Ничего никому возвращать не надо. Просто поймай его. Доставь сюда. Сдай лично мне в руки. Живым.

– Не надо ничего возвращать? – переспросил Курьер.

– Не надо, – сказал майор, – Мы его сами допросим и все, что нужно, выясним.

– Отлично, – воодушевленно сказал Курьер, зажимая рот поперхнувшейся словами Веронике, – Просто прекрасно. Я все понял. Найти и доставить.

Майор тяжело вздохнул, потому что настало время задать вопрос, который он так ненавидел задавать Курьеру.

– Цена вопроса?

Курьер хихикнул и поковырял пальцем край стола.

Майор закатил глаза и вздохнул еще тяжелее – вот где настоящее грабительство, но разве это кого-нибудь волнует?

*

– Да, кстати, я не сказал? – спросил майор, когда утомительный торг наконец–то был окончен, и его сейф опустел как минимум наполовину, – Тот хрен, которого прислал президент – тебе придется взять его с собой. И нет, больше не получишь ни единой гнутой крышечки, ясно?

***

– Эй, Люпен, – сказал Джиген, возвращаясь в камеру, – Смотри, они приняли меня в банду.

– Тебе нельзя в их банду, – пробормотал Люпен, приоткрывая один глаз, – Ты уже в моей банде.

– А вот раньше думать надо было, – сказал Джиген, – До того, как Фуджико слушать. Тем более, ты мне форму ни разу не дарил, а тут вон сразу все выдали, даже с бронежилетом.

– Что, продал лучшего друга за шмотку? Они же ее с мертвого охранника сняли, ты в курсе?

– Еще за пару килограммов взрывчатки. Правда, ума не приложу, зачем бы она мне.

– Не ожидал от тебя такого. От кого угодно, но от тебя…

– Да ладно, – сказал Джиген, укладываясь на нары, – Скажи, что ты мне просто завидуешь, потому что тебя в банду не приняли и красивой формы не подарили.

– Ха, да если бы я захотел…

– Да-да, завидуй молча. От Фудзико все еще ничего не слышно?

– Имей терпение, Джиген. Мы здесь и двух дней не просидели, еще слишком рано.

– Да, но я бы предпочел уйти отсюда до того, как мне придется поучаствовать в какой-нибудь их нелепой перестрелке. Не хочется словить случайную пулю.

– Тебе-то чего волноваться? У тебя теперь бронежилет есть, – сказал Люпен, зевая и отворачиваясь лицом к стене.

– Да, конечно, – согласился Джиген, отворачиваясь тоже, – У меня есть бронежилет и я прямо горю желанием поддержать своих новых подельников в их бессмысленной жажде убийства и насилия.

– Вот видишь, как все хорошо у тебя складывается, – сказал Люпен, – Так что не ворчи и дай мне поспать.

*

– Эй, Люпен, – спросил Джиген после недолгого молчания, – Как думаешь, как скоро Папаша примчится сюда?

– Я думаю, уже примчался, – ответил Люпен, – он всегда верен себе, и всегда можно рассчитывать, что он где-то неподалеку.

– Это да, – согласился Джиген, – Это тебе не Фуджико.

***

– Послушай, – сказал майор Датри, – Мне тоже нихрена не нравится, что тут будет ошиваться человек из правительства. Сам знаешь, есть вещи, о которых никому знать не нужно, тем более, правительству. Не оно же каждый день расхлебывает тут всякое дерьмо.

– Ну да, этим занимаюсь я, – сказал Курьер, – И вот ты мне как раз очередное сливаешь.

– Да, именно, – согласился майор, – Именно, я сливаю его тебе. Ты уведешь его в пустоши и он не будет совать свой нос туда, куда ему его совать не положено.

– А я что с ним там должен делать?

– Ну не знаю, займи его чем-нибудь. Пусть побегает, постреляет гекконов и касадоров, а ты сам тем временем быстренько найдешь вора, и…

Вероника фыркнула и закашлялась, маскируя смех.

– Но почему бы не позволить ему самому искать этого его вора? – спросил Курьер, игнорируя ее.

– Потому что если он пропадет в пустошах, угадай, кого в этом обвинят. К тому же нихрена он не найдет. И угадай, кого и в этом обвинят. А ты…

– Майор, – вздохнул Курьер, – Я, конечно, всячески ценю твое доверие, но иногда задаюсь вопросом – ты вообще осознаешь, что я всю жизнь был просто курьером? Таскал посылки и все такое. А кто я по-твоему? Детектив, телохранитель… еще кто?

– Герой войны, – сказал майор, – и легенда пустошей. Ты же сам об этом твердишь постоянно при каждом удобном случае!

– И при каждом неудобном тоже, – сказала Вероника.

Эд-Э поддакивающе пискнул.

– Герою и легенде полагается почивать на лаврах, а не носиться по пустошам!

– Вообще, я не понимаю, чего ты возникаешь. Ты содрал с меня поистине грабительский задаток, а значит, согласился, а значит – заткнись и делай дело.

– У нас не было уговора, что мне придется еще присматривать…

– Все, заткнись. Вот он, тот самый хрен.

Зал ожидания бывшего аэропорта Маккаран, ныне являвшегося штаб-квартирой армии НКР, быстро пересекал мужчина в длинном пальто и шляпе. Он вытирал покрасневшее лицо платком.

– Ого, – сказала Вероника, – Он совсем испекся во всем этом.

– Довоенная одежда, – скривился Курьер, – Бесполезное барахло.

– Тихо, – сказал майор, – Давай без этого всего.

– Майор Датри? – спросил мужчина, подойдя к ним, – Я инспектор Зенигата, и я здесь, чтобы поймать Люпена, вы, должно быть, уже в курсе.

– И что ты инспектируешь? – спросил Курьер.

– Что я инспектирую? – переспросил Зенигата, моргая, – То есть как это?

– А это Курьер, – сказал майор Датри, – Он поможет вам найти и поймать этого вашего вора. Будет сопровождать вас и все такое.

– Майор, вы, видимо, не поняли меня. Мне помощь не нужна. Тем более, курьерская. Я не собираюсь отправлять письма или посылки, я собираюсь пойти и арестовать Люпена. Я специалист по нему, я, можно сказать, всю жизнь посвятил его поимке.

– А что же тогда до сих пор не поймал? – спросил Курьер.

– Курьер на самом деле не курьер, – сказал майор, – Его просто так зовут. По правде говоря, он бы и один справился, и это было бы предпочтительнее, но раз уж вы здесь…

– Но я единственный, кто может арестовать Люпена! – закричал Зенигата, краснея еще больше, – Потому что я единственный, кто представляет себе, с кем имеет дело!

– Инспектор, – сказал майор, – Вы только не нервничайте. Я вас одного отпустить не могу – вы же совершенно не знаете пустошей. Вдруг вы еще заблудитесь, попадете в рейдерскую засаду или в гнездо к когтям смерти? Вы вообще в курсе, что такое когти смерти?

– Я Зенигата! – продолжал кричать инспектор, – Мне не нужна никакая помощь! Я один найду Люпена! А вот после этого мне может понадобиться подкрепление – так что вам лучше приготовить специальный отряд рейнджеров! Люпена нельзя недооценивать – он один стоит целой армии!

Вероника толкнула Курьера в бок и сделала большие глаза.

– Но это я один стою целой армии, – возразил Курьер, – даже трех армий. Я в одиночку закончил войну, вы там у себя в столице разве не в курсе?

– Инспектор! – повысил голос майор Датри, – Я сказал это и повторю еще раз – одного я вас не выпущу даже за пределы лагеря. Хотите или нет, но Курьер будет вас сопровождать. На этом все.

Инспектор Зенигата горячо не согласился с этим положением дел, и майору пришлось еще сильнее повысить голос.

Вероника потянула Курьера за рукав и отвела в сторонку. Эд-Э остался на месте, взволнованно попискивая и проигрывая свой боевой марш.

– Эденька надеется, что они в конце концов подерутся, – сказала Вероника, – Правда, он милый? Даже поставил им специальное музыкальное сопровождение.

– Опять сопровождение, – проворчал Курьер, – Спросил бы вот кто у меня, хочу ли я кого-то сопровождать.

– Кстати, об этом – помнишь, как ты вечно грозишься отправить меня домой? – спросила Вероника шепотом, – Сейчас самое время выполнить угрозу, мне кажется. Вызови сюда Рауля, он не откажется пройтись по пустошам в компании припадочного инспектора, а я лучше пойду паять себе силовую броню и ковать шлем, ну, знаешь, все эти обычные девические развлечения.

– Бросаешь меня одного? Прекрасно.

– Да не одного, – отмахнулась Вероника, – вот же, Эденька с тобой остается, и Рауль примчится, не успеешь глазом моргнуть. Так что не ной. Лучше сосредоточься на поимке этого вора – быстрее поймаешь, быстрее закончится все веселье.

– Если бы я еще знал, как ловят воров. Как их ловят? Я даже не представляю, с чего начинать!

– Вот с этого и начни. Обсуди с инспектором тактику и стратегию, покажи ему карты местности, расспроси об уликах, а там все как-нибудь само собой пойдет. Да брось, ты же умеешь быть просто отвратительным очаровашкой и крайне убедительно треплешься – неужели не справишься с этим славным краснолицым господином?

– Не хочу я с ним ничего обсуждать.

– Ну, не вредничай. Ты же не хочешь возвращать задаток. Или?..

– Ага, щас. Когда это я возвращал деньги?

– Вот и хорошо, – сказала Вероника, – Тогда я пошла домой, а ты присматривай за майором и инспектором, разними их, если они таки не сумеют договориться, и отправляйся – быстрее начнешь, быстрее закончишь. И не забудь – увидишь где-нибудь красивое платье – обязательно прихвати его для меня!

***

На третий день добровольного заключения Люпен, как у него это повелось, вышел в тюремный дворик на утреннюю прогулку – пока солнце еще не успело нагреть землю и можно было прогуляться, не рискуя свариться заживо.

Любуясь ставшим уже привычным пустынным пейзажем, он думал о Фуджико. Сколько времени ей нужно, чтобы добраться до заказчика? Он уже начинал слегка волноваться за нее – мало ли что могло случиться с одинокой красивой женщиной в диких землях?

– Люпен, ты хоть представляешь себе, чем мне тут приходится заниматься? – поинтересовался подошедший к нему Джиген, – Вот спроси меня, где я сейчас был и что делал.

– Как я мог отпустить Фуджико одну? – трагически спросил Люпен, возводя глаза к небу.

– А как ты мог ей помешать?

– Я мог бы хотя бы уговорить Гоэмона сопровождать ее.

– Не мог бы. Когда Гоэмон собирается навестить могилы предков, ничто на свете не может заставить его свернуть с пути. И я бы на твоем месте за Фуджико вообще не волновался.

– Как ты можешь так говорить?

– Фуджико из любого дерьма выберется чистой. Эта девица нигде не пропадет. Так что чего волноваться? Наверняка она по пути продала эти бумаги еще троим покупателям, и заодно и тебя, может быть, продала.

– Нет, как ты вообще можешь так о ней говорить? – возмутился Люпен, – Ты слишком предвзято к ней относишься!

– Сложно как-то по-другому к ней относиться, – сказал Джиген, – Если посчитать, сколько придуманных ей операций оборачивались простыми подставами…

– Ладно, так где ты был и что делал?

– Участвовал в вооруженном налете на караван. Можешь себе представить?

– Вспоминал молодость? – фыркнул Люпен, – Развлекался?

– Ага, веселья прямо через край, – сказал Дзиген, надвинув шляпу на глаза, – Вообще-то я и в молодости до такого никогда не опускался – тоже мне почтенное занятие. Хотя знаешь что? Кое-что забавное все-таки было. Груз, который мы захватили, принадлежал Ван Граффам, я думаю, это те самые…

– Разумеется, те самые. Здесь у них есть филиал, я знаю.

– Когда эти чмыри увидели, чей караван они уничтожили, они даже как будто испугались.

– Трудно их в этом винить. Ван Граффы подобное просто так не оставляют.

– Так что, значит, мы уходим? Не хотелось бы вновь иметь с ними дело.

– Подождем еще, у нас есть по крайней мере пара дней. Все равно они не сразу обо всем узнают.

– Как скажешь, – вздохнул Джиген.

– Может быть, успеешь еще один караван ограбить, – сказал Люпен обнадеживающе и хлопнул его по спине, – И теперь у нас есть… а что за оружие там было?

– Плазменные винтовки в основном. Но Эдди все равно забрал их себе.

– Ну, это совсем не проблема.

– Да не люблю я это энергетическое оружие, – сказал Джиген и, вытащив из кобуры еще довоенный «магнум», продемонстрировал его Люпену, – Вот это – другое дело.

– Значит, возьму только себе, – сказал Люпен.

Солнце медленно катилось по небу, забираясь все выше и выше, и нагретый воздух уже слегка дрожал над растрескавшимся асфальтом.

– Надеюсь, Фуджико в порядке, – пробормотал Люпен, и зашел внутрь административного блока, чтобы взять себе «Сансет Саспариллы» из холодильника.

***

– Знаешь, инспектор, – сказал Курьер, когда они вышли за ворота лагеря Маккаран, – Сразу признаюсь тебе – мне совсем не хочется тебя сопровождать, и искать всяких воров мне тоже не хочется. Более того, я понятия не имею, как этих воров ищут. Но мне за это заплатили. И майор всегда так на меня рассчитывает, что я просто не могу отказаться. Так что давай ты будешь мозгом, а я – навигатором и оружием.

– Ты мне вообще не нужен, – сказал инспектор, вытирая лицо платком, – Я и один справлюсь.

– Майор расстроится, если тебя сожрут радскорпионы.

– Ха! Сначала им придется до меня добраться.

– Они доберутся, – уверил Курьер, – Я их знаю. Противные тварюшки. Давай все-таки не будем расстраивать майора и пойдем, как нам и велено, вместе. Я, знаешь ли, как-то не могу просто так взять деньги и пойти домой. Это не по чести.

Эд-Э одобрительно запищал.

Инспектор покосился на круглого робота и вздохнул.

– Ладно, – сказал он, – Если ты не будешь вмешиваться в процесс расследования.

– Упаси меня пресвятая радиация, – сказал Курьер, – Чем меньше мне придется думать, тем лучше. Только давай сначала подождем моего друга – он скоро должен подойти, а потом отправимся.

С этими словами Курьер уселся прямо на землю напротив ворот в лагерь.

Инспектор остался стоять.

– Ну, – Курьеру вспомнился совет Вероники и он решил последовать ему, – С чего ты вообще думаешь начать? У тебя есть карта местности? Могу сбросить свою, на ней даже есть всякие важные пометки... правда, они в основном о том, где можно купить очень особенное улучшенное оружие и очень особенные улучшенные препараты, но ведь полезно же.

– Не нуждаюсь, – сказал инспектор, достал из кармана пальто мятую пачку сигарет и закурил.

– А зря, – Курьер почесал в затылке, – От ментат, например, мозг работает лучше процентов на двести. Сразу поймаешь своего вора. Могу поделиться.

– Я же из полиции, – поморщился инспектор.

– Хочешь сказать, полиция не употребляет? – фыркнул Курьер.

– Конечно, нет. Это же незаконно.

– Да ну, – махнул рукой Курьер, – Но если не хочешь, то я не настаиваю, конечно.

– Вообще-то я мог бы тебя арестовать, – задумчиво сказал инспектор.

– Не мог бы, – сказал Курьер, поднимаясь на ноги и отряхивая задницу, – я герой войны и легенда пустошей, и войну эту я закончил в одиночку против двух армий, так что таких, как я, не арестовывают, а если арестуют случайно, по ошибке, то потом извиняются и отпускают с миром. А вон и мой друг, – и он помахал рукой появившейся на дороге фигуре.

– Твой друг гуль? – спросил инспектор.

– Имеешь что-то против?

Инспектор не ответил, просто пожал плечами.

– У меня вообще много всяких разных друзей, – сказал Курьер, – Есть даже киберпес. Такие сейчас редко встречаются. Но он сейчас в Джейкобстауне, пасет толсторогов вместе с другим моим другом. С супермутантом по имени Лили. Она думает, что она моя бабуля, хотя с чего она это взяла, ума не приложу. А это вот Рауль.

Эд-Э, радостно пища, полетел навстречу гулю, от избытка чувств несколько раз облетел вокруг него, а потом врезался ему в живот.

– Привет, Эд-Э, – сказал гуль, похлопав робота по корпусу, – привет, босс.

– Вот, – сказал Курьер, – А это инспектор с именем, которое я не в состоянии запомнить, так что я думаю, мы можем звать его Инспектором.

– Зенигата, – сказал Зенигата, протягивая руку Раулю.

– Можешь не обращать на меня внимания, – сказал Рауль, – Я просто старый, больной человек, обычно незаметно ошиваюсь рядом с боссом, вот и все.

– Рауль, не прибедняйся, – строго сказал Курьер, – Инспектор, если хочешь побеседовать с кем-то про свое расследование, беседуй с ним. У него всегда есть какие-то догадки – понятия не имею, откуда он их берет, но они обычно оказываются правдой. И ты так и не сказал мне, с чего ты собираешься начать.

– Я думаю, – сказал инспектор, закуривая новую сигарету, – что этом в деле определенно замешана Фуджико Мине. Найдем ее – найдем Люпена.

– Ну, – сказал Курьер, которому это имя ничего не говорило, – а где искать ее?

– Для начала заглянем на Стрип, – предложил инспектор, – Я слышал, там есть кому предложить… товар, которым она сейчас располагает.

***

– «Встретимся в казино «Гоморра». Принеси туда то, о чем мы говорили. Целую, Фуджико», – в очередной раз перечитал сообщение Люпен.

– Я же говорил, с ней все в порядке, – сказал Джиген, – и я же говорил, она готовит подставу.

– Да с чего ты взял?

– «Гоморра» принадлежит Омерте.

– Ни разу не слышал о таких.

– А я слышал. Причем такое, что лучше бы и не слышал.

– Почему ты не допускаешь мысли о том, что это просто удобное место для встречи с заказчиком?

– А почему ты допускаешь такую мысль? Люпен! Как только речь заходит об этой женщине, ты превращаешься в идиота!

– Любовь – страшная вещь, – наставительно сказал Люпен, – И если ты не хочешь, чтобы твои взрывоопасные друзья нас поймали, заткнись и беги быстрее.

– Им сейчас немного не до нас, – Джиген оглянулся на тюрьму. В темноте были хорошо видны зеленоватые и красноватые вспышки плазменного и лазерного оружия – как и ожидалось, Ван Граффы пришли, чтобы вернуть свое с процентами.

– Вовремя это все, – сказал Люпен.

– И не говори, – согласился Джиген.

Далеко на севере казино Нью-Вегаса зажигали огни, осветившие пол-неба.

Люпен даже остановился, чтобы полюбоваться заревом и башней «Лаки 38», сверкающей, как драгоценный камень.

– Может, нам потом и необязательно сразу уходить, – сказал он, – В смысле, это же Вегас. Просто грех побывать там и не попробовать ограбить ни одно казино.

– Может, и так, – сказал Джиген, – А может, нам придется убегать, так что я бы не загадывал.

Он поправил плазменную винтовку на плече и зашагал по разбитому асфальту трассы номер 15.

Люпен постоял еще немного, смотря в ночное небо, потом улыбнулся и поспешил догнать друга.

***

– Я, конечно, может чего не понимаю, – задумчиво сказал Курьер, – но мне кажется, что расследование должно вестись немного не так.

– Я пытался намекнуть ему, – сказал Рауль, – Но он слушать не захотел. Что, в принципе, правильно – кто я такой, чтобы еще разбираться в том, что я говорю?

Они стояли возле входа в «Топс» и с интересом наблюдали, как инспектор Зенигата пытается вытрясти признание из хихикающих проституток и вусмерть пьяных солдат в увольнительной.

– Нет, это вроде как забавно. Но я рассчитывал увидеть более интеллектуальный подход.

– Мне кажется, ему просто голову напекло, – предположил Рауль.

– А я ведь говорил ему: пройдешься по пустоши Мохаве – начнешь мечтать о ядерной зиме! Особенно когда ты в дурацком довоенном костюме, а не в нормальной броне со встроенным охлаждением, – сказал Курьер, с довольным видом осматривая свой собственный наряд.

– Может, его надо утихомирить, пока он не повредил кого-нибудь, или не повредился сам? Ну или, что даже более вероятно, пока кто-нибудь не повредил его?

– Пусть пока развлекается, – Курьер сделал подъехавшим секьюритронам знак не вмешиваться, – Как начнет совсем уж буянить – отведем его в «Лаки», пусть охладится.

– Как скажешь, босс, – сказал Рауль и хихикнул, – А ведь с виду такой серьезный человек, да? И не скажешь, что он может вот так прыгать и вопить.

– Люди, – вздохнул Курьер, – Никогда с ними не угадаешь… Слышал, Элис Макклаферти и Глория поцапались с подрывниками? Те по ошибке разгромили их караван. И вот что мне делать в такой ситуации? Они ведь все мои друзья.

Инспектор вдруг остановился, замер на месте с вытаращенными глазами, указывая куда-то пальцем.

– Что-то не так? – поинтересовался Курьер.

– Да вот же, это же она, это Фуджико, – на удивление тихо, почти шепотом сказал он, – Фуджико Мине! Значит, и Люпен где-то здесь, я же говорил!

– Эй, босс, – встревоженно сказал Рауль, тыкая Курьера в бок, – А с ней кто? Случайно не…

– Вульпес Инкульта, – прошипел Курьер, снимая с плеча винтовку, – Идут в «Гоморру». Так он жив? Так Большой Сэл опять взялся за старое?

– Нам нужно немедленно оцепить это казино, – сказал инспектор, подбегая к Курьеру, – Люпен появится с минуты на минуту!

– Не до твоего Люпена, – отмахнулся Курьер, – Тут кое-кто поважнее…

– Нет никого важнее Люпена, – возмутился инспектор.

– Поверь мне, – сказал Курьер, – еще как есть.

*

– А вон и Папаша, – сказал Джиген, выглядывая из-за угла, чтобы посмотреть, кто там кричит знакомым голосом.

– Я не удивлен, – сказал Люпен, – но не отвлекай меня пока, замок тут сложноватый.

– У тебя есть план?

– Мы заходим, ты отвлекаешь внимание, стреляешь в этого мутного типа рядом с ней, я снимаю с нее ошейник и мы убегаем навстречу счастливой жизни, – сказал Люпен, – все очень просто.

– А Папаша?

– А Папаша может арестовать этого типа. Потому что сажать женщин на цепь совершенно точно незаконно.

*

Они появились в главном зале «Гоморры» почти одновременно: Люпен и Джиген с одного входа, Курьер с компанией – с другого.

Дальше все события происходили очень громко.

– Люпен!!! – завопил инспектор так, что у присутствующих почти заложило уши, – Ты арестован!!!!

– Вульпес Инкульта! – завопил Курьер ничуть не тише, – ты покойник!!

– Люпен! – обрадованно закричала Фуджико, пнула растерявшегося при виде Курьера нового Цезаря, упала на пол и быстро отползла в сторону, укрывшись за барной стойкой.

Охрана Омерты, не разобравшись в ситуации, на всякий случай открыла стрельбу по всем сразу.

Курьер опрокинул ближайший бильярдный стол и дернул вопящего инспектора вниз, заставив его спрятаться.

– Люпена, Люпена нужно арестовать! – инспектор забыл обо все на свете и едва ли не прыгал, подставляясь под выстрелы.

– Никуда не денется твой Люпен, – прикрикнул Курьер, – Сиди здесь и сиди тихо! Я сейчас вернусь.

– А ты-то куда, босс? – спросил Рауль, прячась за соседним столом.

– Убивать лису, разумеется!

– Никуда он не денется. Дождись секьюритронов, опять ведь словишь пулю в башку!

– Некогда ждать! – и Курьер, пригибаясь и перебегая от одного стола к другому, устремился к Инкульте.

Инспектор, оставшись без присмотра, тоже выскочил из укрытия и помчался, размахивая наручниками, и крича, что Люпен арестован.

– Босс! – почти безнадежно крикнул им вслед Рауль, – Инспектор! Да где эти чертовы секьюритроны!

И секьюритроны не замедлили явиться.

Под боевой марш, исполняемый Эд-Э, они, не разбираясь, уложили на пол всех присутствующих одним электрическим разрядом.

Правда, как выяснилось позже, не совсем всех.

***

– Вот, – сказал Курьер, – Вот так оно все и было.

– Люпену удалось сбежать, – инспектор морщился и потирал раненое плечо – от стимуляторов он наотрез отказался, предпочитая довоенные методы лечения, так что срочно вызванной Джули Фаркас пришлось извлекать пулю и зашивать рану практически наживую.

– Ну неудивительно, в такой-то неразберихе, – махнул рукой Курьер, – Но он же ерунда по сравнению с тем, что нам достался Вульпес Инкульта, майор! Подумай только, он ведь пытался возродить Легион. А мы даже не подозревали… я так вообще был уверен, что он мертв.

– Ерунда? – возмутился инспектор, – В том конверте – такая ерунда, что вся республика может пострадать!

Майор потирал виски – у него отчаянно болела голова.

Почему все достается ему? Почему в его смену? Почему он все еще не подал в отставку и не уехал куда-нибудь поближе к горам, вести мирную сельскую жизнь и разводить браминов?

И это еще Большой Сэл не явился с жалобой на разгром своего казино – а ведь явится непременно, и будет нудеть и намекать на неприятности.

Майор даже подумывал натравить на него Курьера – вот только он опять вытащил бы из него астрономическую сумму за услуги, а объяснять потом начальству на фоне прочих проблем, куда делись деньги, казалось ему непосильной задачей. Уж лучше Большой Сэл.

– Ну, инспектор, – сказал майор, поморщившись, – Еще же не все потеряно. Вы подлечитесь и продолжите расследование. Напрасно вот отказываетесь от стимуляторов – быстрее бы пришли в себя.

– Не все потеряно? Там ведь Фуджико! Она продаст эти бумаги кому-нибудь быстрее, чем вы успеете произнести эту фразу!

– Радует уже то, что теперь – хотя бы не остаткам Легиона, – сказал Курьер.

В коридоре за дверью послышался шум шагов и знакомые голоса.

– Нет, мне можно, – возмущалась Вероника, – У вас что, память так быстро отшибает? Я с Курьером!

– Привет, босс, – она вбежала в кабинет, а за ней – пытающиеся ее остановить солдаты, – Да скажи ты им, что я с тобой! Смотри, что я нашла в нашем номере! – она взмахнула большим белым конвертом, покрытым водяными знаками, – И...

Инспектор издал непонятный звук, вскочил, выхватил у нее конверт и осмотрел его со всех сторон.

К конверту была приклеена записка.

«Папаша, верни это на место», – гласила она, – «Пусть безопасность страны будет в безопасности».

Вместо подписи была нарисована обезьянья мордочка.

– Люпен! – счастливо завопил инспектор, прижимая конверт к груди и дрыгая ногами, – Какая же ты все-таки сволочь, Люпен!

Майор Датри глубоко вздохнул.

Когда-нибудь этот дурдом вокруг него закончится?

– Босс, – сказала Вероника виновато, – Знаешь, этот конверт лежал на полочке с твоей коллекцией снежных шаров. Вместо одного из них. И я боюсь говорить, которого. Из «Сьерра-Мадре», – добавила она совсем тихо.

Курьер немедленно почувствовал, что ему просто необходимо так же громко вопить и прыгать по комнате, как инспектор с непроизносимым именем.

Шарик! Из «Сьерра-Мадре»! Самый ценный! Доставшийся ему так тяжело! Тяжелее всех! Украден!

– Инспектор, – быстро сказал Рауль, косясь на Курьера, открывавшего и закрывавшего рот, – теперь нам, кажется, понадобится твоя помощь. Надеюсь, ты не торопишься вернуться домой?







@темы: ФанФикшен

   

Lupin III

главная